Миха алтайский

Миха алтайский

Медведя в моей трофейной коллекции еще не было, хотя желание его иметь уже созрело пару-тройку лет назад. Неторопливо подыскивал варианты. Пару раз уже почти собирался на лабаз в Тверскую область, но не складывалось. Да и лабазные методы не по мне. В целом не очень нравится, и мерзну я на них — встроенной теплоизоляции не хватает. Не могу долго без движения сидеть даже в теплое время года.


Хотелось, конечно же, на Камчатку, ведь именно там обитают Медведи — именно так: большие и с заглавной буквы. Самые огромные во всей нашей галактике как раз там и обитают. Камчатские Медведи. Мысли о том, что, может, стоит начать с мишек помельче и условий попроще, меня посещали, однако азартная душа охотника требовала сразу игры по-крупному. 

Терзания поиска

    Я всерьез рассматривал камчатские варианты на весну текущего года, но никак не мог определиться. Постоянно что-то не нравилось. А знакомых, чтобы могли порекомендовать, не было. Вот уже конец апреля… И тут внезапно в одном охотничьем чатике прилетает предложение оперативно рвануть на Алтай. Товарищ готовил поездку, а его напарник в последний момент взял самоотвод по состоянию здоровья. До вылета две недели или меньше — смотреть будем по погоде, которая, как обычно, непредсказуема и переменчива, «как ветер в мае». Уже к концу дня даю ответ: «Я в деле!»


К алтайским мишкам изначально было предубеждение: типа мелковаты они. По какой причине я так заблуждался, не очень ясно. Может, свои встречи с кавказскими мишуками спроецировал, а может, прошлогодний опыт моего дружбана, который взял очень красивого, но явно небольшого топтыгина.


А еще на Алтае весной клещи. Много. Это я на собственной шкуре испытал ранее. Да еще энцефалитные! 

1а.jpg

Алтайские медведи оказались весьма внушительных размеров

Летим на Алтай

Все же, несмотря ни на что, я еду, точнее сказать, лечу. А еще точнее — летим с Андреем. Сначала ночной федеральный рейс, затем пересадка на местные авиалинии. Небольшой и в то же время довольно комфортный турбовинтовой самолет авиакомпании «СиЛА» («Сибирская легкая авиация») легко взлетел после короткого разбега, попрыгал по восходящим термикам и вскоре приземлился в маленьком аэропорте, включающем здание формата деревянной сельской школы. Гораздо быстрее, комфортнее, да и бюджетнее, чем многочасовой трансфер на авто.


Закупка продуктов, загрузка в катер — и вперед по порожистой и бурной реке. Наслаждаться видами Алтая начинаешь уже в самолете. «СиЛА», летающая невысоко, дает для этого все возможности. Однако с воды очарование местной природы раскрывается в полной мере. Напрямую ощущаешь мощь горных потоков, огибая на глиссере огромные стволы вывороченных пихт и столетних кедров, валуны размером с грузовик и взлетая на двухметровые буруны порогов. Именно здесь понимаешь, что ты уже на Алтае — месте силы заповедной природы, которую еще не успел обуздать человек, куда еще не проник телефон и вездесущий Интернет. Пара часов пролетает, как остросюжетный фильм, полный ярких эмоциональных сцен.

2.jpg

Два часа на самолете - и ты в самой глуши тайги

Здравствуй, миша!

Медведей тут оказалось много. За четыре дня видели 11 штук. Не столь много, как на дальневосточных реках во время нерестового хода, но все же достаточно, на мой взгляд. Наш топтыгин был замечен с воды, он пасся на лугу южной экспозиции склона, богатого свежей весенней зеленью, молодыми побегами и ароматными сочными корешками. Косолапые выходят полакомиться на луга в своих зимних шубах: запарятся под теплым весенним солнышком и уходят назад в лесистые чащи, где прохладно, а то и снег еще лежит. Дистанция до зверя дальномером не определялась, то есть была более полутора километров. Лодка с егерем осталась для наблюдения и корректировки наших действий, если будет такая возможность, а мы начали подход.

3.jpg

Недостатка в медведях не было, следы мы находили везде

Скрадывание

Подъем с тысячи на тысячу пятьсот метров над уровнем моря, для выхода на стрелковую позицию, занял около двух часов. Последние метры мы не шли — крались, скользили как тени, соблюдая режим максимальной тишины и невидимости. Самыми громкими были биение сердца, качающего литры перенасыщенной адреналином крови, и свист горного воздуха, обедненного кислородом, по меркам горожанина, обитающего на высоте ста пятидесяти метров над уровнем моря. А самыми заметными были наши горящие глазищи, жадно сканирующие — в поисках желанного трофея — горные ландшафты, достойные кисти живописца.


Вышли. Залегли. Никого…


Может, не тот лог? Снизу местность выглядит совсем по-другому. Видимость ограничена, а выйти на открытое нельзя — вдруг медведь как раз смотрит сюда из кедрача справа, или из пихтача слева, или осинничка выше, иль из-за скальника сверху.


Наблюдаем. Никого. «Лодка» молчит, они не видят ни нас, ни медведя. Горы… Решаю сместиться на позицию левее, которая представляется более перспективной. Для этого нужно спуститься вниз на сотню метров, чтобы выйти из зоны видимости нашего вожделенного Михалыча.


Перемещаемся. Опускаю взгляд вниз, чтоб не наступить на какую-нибудь сушину, которая предательски тебя выдаст, сломавшись с грохотом выстрела калибра «утрамагнум». Поднимаю и встречаюсь взглядом с маралухой. Мгновение — и она срывается в галоп, исчезая из виду. Ох! Только бы она не выдала нас мишке!

4.jpg

Во время наблюдения за местностью от вашего взгляда не должна ускользнуть ни одна мелочь

Другая позиция

Выходим на вторую позицию. Панорама иная. Видно соседний лог, и открывается другая панорама для нашего мишки. Никого. Наблюдаем. Смещаемся чуть влево, чуть вправо. Вдруг Андрей замечает пару светлых, палевых красавцев в соседнем логе. Не совсем маленькие, но не наши. Еще дома, штудируя Интернет, я выяснил, что по-настоящему крупные самцы ходят поодиночке, соединяясь с самками лишь для спаривания во время гона. Все остальное время другие мишки — лишь потенциальная еда. Поэтому одиночки они.


Наблюдаем... Андрей: «Вижу! Он! Тот самый! Вышел из кедрача справа. Пасется спокойно».


Начинаю подготовку к выстрелу: оценка ветра, замер дистанции, температуры, давления, угла, просчет траектории… Мешают ветки сверху. Сместиться вправо. Талый снег, лужи — уже не столь важно. Ноги выше головы, а стрелять надо 19 градусов вверх. Множественные акробатические позы. Смещается. Еще замеры. Четыреста пятнадцать метров. Еще расчеты.


Все. Готов. Выдох, еще… Выстрел! Шлепок попадания отчетливо слышен.


«Есть! Красавчик!» — это Андрей уже меня поздравляет.

 

Подранок

Медведь летит вниз по склону. Кувыркается, крутится, кусая себя за бок, наверное, туда, куда попала пуля.


«Стреляй еще! Уйдет!» — кричит Андрей. Да я и сам хочу добавить, но не могу поймать зверя в прицел. На четырнадцати кратах поле зрения слишком узкое. Вроде удается — и сразу выстрел! От отдачи снова теряю зверя из виду. Перевожу кратность на 4,5. Вижу.


Звука попадания не слышал, однако медведь перестает кувыркаться и быстро уходит в кедрач справа.


Наблюдаем. Ждем, может, мелькнет где-то в прогале среди стволов… Но нет, слишком густой кедрач, да и расстояние…

5.jpg

Открытые пространства перемежаются с зарослями кедрача

Надо добирать

Встаем, обсуждаем. Решаем подойти к месту стрела. Запоминаем ориентиры, в которых исчез наш подранок. Сообщаем «лодке» о наших планах. Подъем занимает 25 минут. Разбираем следы, которые уходят в довольно густой лес, с кедрами и пихтами. Особенности местной пихты таковы, что нижние ветви с густой зеленой хвоей опускаются до самой земли, образуя у каждого ствола совершенно непрозрачный шатер. В некоторых из них спокойно можно спрятать пару-тройку медведей. А раненый медведь очень опасен. Я даже не знаю более опасного зверя в России. На наше счастье, кровяной след явно виден и указывает, куда зверь движется. Азарт Андрея тянет его в лес — преследовать, найти и добрать. Я пытаюсь охладить его пыл, прошу не спешить. Откровенного чувства опасности или страха нет, лишь ощущение, что делаем что-то важное и ответственное, не позволяющее оплошности. Решаем двигаться с максимальным вниманием и осторожностью, параллельными курсами. Андрей идет выше следа и чуть впереди, я направляюсь непосредственно по следу. Лежек нет, медведь уходит без остановок.


Наш или нет?

«Лодка» выходит на связь, сообщая, что видит медведя, медленно переходящего лог. «Остановился. Сел. Пасется! Нет, это не ваш», — сообщают по рации с лодки. Позже оказалось, что это был именно «наш». Он не пасся, а отдыхал и пытался зализать тяжелые раны. Мы же, не зная, где находится «наш» медведь, полностью превратившись в зрение и слух, продолжали, с оружием на изготовку, двигаться по лесу, каждую секунду ожидая нападения из засады.


Так пересекаем лес и выходим в соседний открытый лог. Следы уходят дальше через открытое место в следующий лес, растущий на небольшом хребте. 

5а.jpg

Еще один наблюдательный пункт, с которого отлично просматривается весь склон

Трофей

 «Лодка» сообщает, что «пасущийся медведь» ушел в тот лес, и мы вышли прямо на его след, а значит, он именно «наш». Переходим открытый лог по следам, заходим в лес. И тут «лодка» сообщает, что теперь уже «наш» медведь вышел на следующий открытый лог, вернулся обратно и залег на краю леса под кедром. Передвигался очень медленно и тяжело. Залег на своем же следу. Решаем подняться на хребет существенно выше следа, надеясь выйти на нашего медведя сверху. Подъем дается очень тяжело. Ветра нет. Солнце печет нещадно. Осиновый лес абсолютно прозрачен: листва, дающая тень, еще не распустилась. Склон очень крутой, перемежается скальными участками. Останавливаемся глотнуть воды и чуть отдышаться. И тут наушник рации взрывается криками: «Встал! Уходит! Скорее!» Делаем последний рывок. Выстрел! В ответ раздается громогласный рев. Второй! Третий! Все, готов. Теперь уже точно «наш» медведь катится вниз.


Вот тебе и некрупные медведи

Словно отдавая должное уважение нашему упорству и понимая, насколько мы устали, наш трофей скатывается вниз почти к самому берегу. Спускается сам, избавляя нас от необходимости тащить его тушу, что было бы совершено невозможно — его размер, по первым оценкам, составляет 220 сантиметров! Вот тебе и некрупные алтайские медведи…


Взаимные поздравления, обнимашки друг с другом и с медведем, фотосессии на фоне леса, реки, горных вершин, лавины, еще не успевшей растаять. Уже темнеет. Забираем желчь и оставляем наш трофей до завтра. Возвращаемся на базу, отмечаем столь яркую, насыщенную и удачную охоту. Впереди нас ждет настоящая русская баня на берегу студеной горной речки и продолжение праздника охоты — охоты на Медведя! Именно так, с большой буквы, потому что теперь для меня на Алтае тоже есть Медведи, которые, как я раньше полагал, обитают лишь на Камчатке.

6.jpg

Эмоции зашкаливают

И немного о клещах

В завершение своего рассказа хочу сказать несколько слов о клещах, которые на фоне столь ярких впечатлений от охоты отошли на второй план. И адресовать их некоторым моим друзьям, считающим клещей чуть ли не противопоказанием к поездке на Алтай. Да, они есть, и иногда даже очень много. Поднимаясь к медведю, продираясь через кусты и высокую сухую траву, я неоднократно снимал по несколько клещей с костюма, и это повторилось на следующий день. Каждый вечер, возвращаясь на базу, мы тщательно осматривали друг друга на предмет затаившихся кровопийц. Могу сказать, что правильно подобранная одежда или противоэнцефалитный костюм и снаряжение, обработанные специальным средством от клещей, сводит угрозу практически к нулю. Есть еще и вакцины.


Хочу поблагодарить принимающую сторону — Тараса, Дмитрия, Владимира и Ивана — за теплый прием, комфорт и дружеское отношение.


Отдельно хочу поблагодарить своего друга Андрея, ставшего моим напарником в этом ярком приключении — охоте на медведя — за его деятельное участие и поддержку, а также организацию всей нашей экспедиции.


И, конечно же, спасибо нашему охотничьему ангелу, который не только подарил нам прекрасную погоду и берег, но и направлял нас все эти дни. 

7.jpg
Журнал №7

Добавить комментарий:

Пустое поле
Пустое поле