тема номера
текст: Антон Ефимов

На потравах за кабаном

На потравах за кабаном
На потравах за кабаном
Потрава, согласно толковым словарям, — это порча, истребление травы и посевов животными. Потравить — значит испортить

Но лично мне в этом слове всегда первым слышался сочный славянский корень «травы», уносящий сразу куда-­то в теплый уютный сумрак летних ночей на бескрайних и душистых полях нашей необъятной и прекрасной страны.
Однако от лирики — к делу
Издревле наш брат-­охотник взял на вооружение этот эффективный метод добычи — на потравах, то есть в местах кормежки диких животных на полях, засеянных, как правило, зерновыми культурами. И даже больше: охотпользователи сами стали засевать опушки и пустующие поля в угодьях, чтобы удержать зверя от ненужных миграций в соседние угодья и уберечь действительные сельскохозяйственные посевы собратьев-­фермеров от порчи и убытков из-­за незапланированных кормежек в первую очередь кабанов и медведей.

В этом небольшом очерке я расскажу о своем опыте одной из таких охот на потравах, на кабана, проходившей летом.
shutterstock_2169084983.jpg
На экваторе лета
Описываемая охота состоялась в одном из хозяйств моей любимой Смоленщины в июле месяце, почти на экваторе лета. В ту прекрасную пору, когда юная и по-­весеннему еще нежная июньская зелень уже набрала сок и расцвела на пике июля зрелостью и силой настоящего жаркого лета.

Позвавший меня в гости друг-­охотовед Михаил рассказал, что для подобных охот работниками хозяйства еще по весне были распаханы и засеяны смесью овса и гороха два небольших поля, окруженные лесом. И сейчас, когда посевы уже уверенно взошли и разрослись, они стали любимыми местами столования для обитающей в угодьях популяции кабанов.

«А еще медведь молодой туда ходит», — с улыбкой поделился приятель со мной и подмигнул.
Таким образом, охота становилась все более адреналиновой.
shutterstock_322191953.jpg
Три способа
Охота на потравах возможна тремя способами: с вышки, с подхода и на переходах.
Первый вариант меня не заинтересовал, так как в целом он ничем почти не отличается от традиционной и хорошо мне знакомой охоты с вышки на подкормочной площадке, просто вместо площадки целое поле.
Вариант охоты с подхода, когда стоит задача подкрасться на выстрел к уже кормящемуся на поле стаду, мне был очень интересен. Но по неопытности я был на тот момент абсолютно не уверен, что осилю непрос­тое скрадывание кабанов в сумерках, а то уже и в темноте, тем более в новом для меня месте, где сам ориентируюсь еще слабо. Поэтому, обсудив с Мишей, решили отложить этот интереснейший способ охоты на будущее.
Компромисс
И остановились на третьем, то есть компромиссном варианте. Это охота на переходах, когда охотник располагается на краю поля, недалеко от тропы выхода кабанов на кормежку, и, соответственно, осуществляет добычу в момент их прихода.

Данный способ не так труден и уважаем, как скрадывание с подхода, однако ты и не на вышке сидишь, а стоишь на земле, когда стадо приходит, поэтому намного больший интерес и адреналин. Тем более что к добыче предполагался вполне себе достойный секач весом 100+ кг, не единожды замеченный на фотоловушках.

Также изрядно добавлял переживаний тот факт, что на поле ходят не только кабаны, но и упомянутый охотоведом косолапый.
shutterstock_1411486166.jpg
Болтанка на уазике по колдобинам лесных дорог в угодьях — это почти такая же константа и классика в любой нашей охоте, как и любимая крылатая фраза всех егерей: «Охота — это не магазин!». Слова, звучащие как благословение (и снятие ответственности), в начале и часто в конце любой охоты
По-­светлому
Собирались, как мне показалось, очень рано, еще в районе 5–6 вечера, что для июля день-­деньской. Однако Михаил успокоил меня, сказав, что для начала нам еще час пробираться по лесной грунтовке на УАЗ «буханке», а потом полчаса пешком идти на точку. И, кроме того, по результатам тех же фотоловушек, кабаны выходили на поле уже в сумерках еще относительно по-­светлому. Да плюс полнолуние и безоблачная погода тоже были нам на руку, поэтому друг уверил меня, что в ночнике сегодня нужды нет, и я взял своего «Вепря» в 9.6 х 53 Lancaster с простенькой дневной оптикой.

Хоть и неуютно было, если что, в темноте остаться «без глаз», но немного успокаивал мощный налобный фонарь, да и у меня не было причин не доверять опыту настоящего практика-­охотоведа, поэтому я решил во всем следовать рекомендациям.
На троих
Поехали втроем: я, Михаил и в качестве водителя Алексей — молодой парень из егерей. В этот раз тряску по грунтовке я почти не заметил, не скажешь, что час прошел: душа и мысли уже рвались скорее к полю, потравам и кабанам.

Остановились в лесу, заглушили мотор, вылезли, Алексея оставили в машине. Переговариваясь шепотом, тихонько зарядились и пошли к полю по старой, заросшей противопожарной распашине. Примерно около километра-­полутора ходу.

Михаил пояснил, что доехать по дороге вокруг можно прямо до поля, но из-­за необходимости тишины это случится, лишь когда надо будет выво­зить добычу, при успешном раскладе.
shutterstock_2204498687.jpg
Моя точка
Заросли постепенно стали редеть, и вот уже засветилось поле, мы вышли на край леса и пошли вдоль. Со слов Миши, через 100 метров в поле будет такая же заросшая распашина, по которой и выходят кабаны. В 30–40 метрах от нее, с самого края поля, находится моя точка, где я и буду ждать своего секача.

Товарищ же, оставив меня, обойдет поле с противоположной стороны, чтобы не пересекать «охраняемую» мной тропу, и сядет на другом переходе, которым иногда тоже пользуются кабаны. Иными словами, он, как настоящий профессионал, подстрахует меня, городского любителя, от пустой охоты.
В итоге пока суд да дело один я остался на исходной точке в районе 8 часов вечера.
На исходной
С моей позиции хорошо просматривались и выход распашины в поле, и немаленькая территория самих потрав, то есть вытоптанный участок поля овса с горохом, похожий на взбороненную по всей площади почву. Это работа кабанов, которые на полях не только потребляют непосредственно посеянные злаки, но и роют землю в поисках корнеплодов и другого корма.
Очень кстати на моей точке лежала здоровенная заваленная сосна, я с радостью облюбовал ее себе под седалище и комфортно уселся на теплое дерево. А прикрытием со стороны потрав служили ее же вырванные с землей корни.

Прикидываю, где поставить упор под карабин, и прицеливаюсь по ориентировочным целям: хорошо вытоптанному началу потрав и выходу по распашине из леса. Стрелять буду где-­то там, поскольку в поле высокая трава, а в самом лесу будет темно, поэтому я наверняка прицельно не выстрелю. А стрелять по плохо видимой цели не стоит.
shutterstock_545736793.jpg
Красота ожидания
Выдыхаю, успокаиваюсь, «Вепрь» на коленях — жду вепря.
Как описать красоту замирающего в сумерках июльского леса так, чтобы это не стало ключевой темой разговора? Очень сложно! Поэтому лучше попробуйте однажды сделать это для себя сами. А потом уже сможете рассказать друзьям о птичьем многоголосном перезвоне, неторопливо смолкающем вместе с уходящим днем; о теплом свечении красноватых сосен в закатных лучах, пронизывающих бор; о внезапном и легком ветерке, повеявшем из сырых глубин леса; об упоительном букете ароматов полевых цветов, мха, хвои и о стрекотании кузнечиков.
Но это вы все сами поведаете, хорошо?
Маленькие неприятности
А я, напротив, расскажу о своих небольших неприятностях.
Первая — комары. Вот кто воистину непонятно зачем на этом празднике жизни! Атаковали сволочи со всех сторон в этих прекрасных сумерках!
А шуметь-­то нельзя, поэтому биться с полчищами этих кровососов в полную силу никак не получается. Применил проверенную годами тактику: замер в позе «вишни на заснеженном камне», максимально сократив открытые участки кожи. Вода побеждает камень! Кто не сражается, тот не проигрывает! Постепенно, как мне кажется, комары то ли наелись, то ли я уже перестал чувствовать их укусы. Короче: с чем справиться нельзя, с тем нечего и бороться — и я забил!
shutterstock_1954869787.jpg
Проснулся «внутренний зверь»
Вторая неприятность пришла не снаружи, а изнутри. Как говорит один мой приятель, «проснулся мой внутренний зверь» — заурчал живот! И смех и грех: сдерживать эти рулады из желудка — вне твоей разумной компетенции. И что делать? При этом еще непонятно, насколько эти урчания слышны со стороны. Сидишь как дурак, хлопаешь глазами. Хорошо, что взял с собой бутылочку воды: попил, вроде отпустило, но недоверие к себе осталось.

Прошло около полутора часов. Ожидание в целом было комфортным, и ночь еще не наступала, хоть солнце уже с полчаса как село. Прозрачные пастельные сумерки стелились над полем, темнота постепенно ползла из глубины чащи. Неторопливое течение мысли иногда прерывалось тревожным сигналом: «Еще ж медведь где-­то тут бродит!» Но потом снова все успокаивалось и текло дальше в никуда.
Дождался
Однако длилось это не вечно и прервалось, как всегда, внезапно — слышу хруст из леса! Адреналин сразу делает свечку вверх, пробивает голову и вылетает фейерверком в сумеречное небо — ДОЖДАЛСЯ!
По небольшому, но все-таки опыту сразу понимаю, что идет стадо кабанов. Звуки характерные. Идут уверенно, без остановок, похрюкивают. Буквально через минуту выкатываются всем скопом на край поля. Не успеваю считать — около 10 голов. Хорошо различима свинья, пара подсвинков, поросята. Все выбегают на потравы и начинают кормиться, крутясь и перебегая с места на место в каком-­то броуновском движении.
shutterstock_474045061.jpg
Не путайте наших городских писклявых недомерков с вольными детьми русских лесов! Настоящий среднерусский лесной комар — это зверь чуть мельче перепела, под ладонью хрустит как свежий огурец, за раз выпивает до стопки крови, то есть «мелкий местный хищник», как говорил классик
Торопиться не надо
Смотрю сначала без прицела, не меняя позы. Торопиться не надо, пусть стадо вой­дет во вкус. Да и моего «клиента» пока точно нет. По размерам идентифицирую только главную мамку, все остальные — молодняк.

Однако, со слов Миши, знаю, что скоро придет и секач. Этот товарищ осторожен, не так бесшабашен, как основное стадо, с ним надо быть предельно аккуратным и не подшуметь. Поэтому потихоньку, держась в створе закрывающего меня комля сосны, начинаю поднимать карабин на упор.

Разглядываю стадо уже в прицел. Видимость неплохая, но вижу только пару подсвинков с краю потрав и верх спины мамки, остальное стадо углубилось в поле и скрыто посевами.
Секач на краю леса
Медленно перевожу прицел на распашину. Сердце делает глухой удар в солнечное сплетение и замирает: бесшумно подошедший после стада секач стоит на краю леса совершенно без движения. Перестаю дышать, и только одна мысль стучит в голове азбукой Морзе: «Стрелять?!»

Разум особо не работает, понимаешь, что просчитать момент почти невозможно, так как зверь стоит на границе поля и леса. 50 на 50: то ли нырнет в долю секунды обратно в спасительную темноту чащи, то ли выйдет на поле в лучшую позицию для выстрела. Фактически я уже выцелил его в район шеи, но еще жду: «Ох, не зря ли?» Секач делает медленный шаг в сторону поля и снова замирает.
shutterstock_1753517057.jpg
Промазал или нет
Ну тут уж ждать не получается — выстрел! На секунду оглушает грохот и ослепляет вспышка от моего «Вепря», зрение возвращается не сразу, сначала слух, поэтому ловлю треск убегающего уже в лесу стада. Вкладываюсь в прицел, смотрю на место выстрела — ничего. На потравах то же самое — как и не было никого. Разбежались.

По договоренности с Михаилом сам никуда не иду, откладываю карабин, закуриваю и жду его. Сердце, конечно, не на месте — та самая, острая, как у ножа, грань мыслей: «Не мог я промахнуться» или «Неужели промазал?».
Лежит
Минут через 20–30 замечаю сполохи электрического света в лесу, подходит Миша в налобнике, улыбка, короткий разговор — и пошли искать. Включаю свой фонарь, идем к месту предполагаемого попадания. Друг чуть впереди, я за ним, вижу только его спину, вдоль края поля протянулась глубокая колея от плуга, свечу под ноги, чтобы не навернуться. И прежде чем дошли, слышу то самое долгожданное: «Лежит!»

Это Михаил в свете своего налобника уже увидел тушу секача. Ускоряюсь и я, смотрю: «Да, есть трофей!» Кабан лежит в той колее, по которой мы шли вдоль поля. От места попадания это был, видимо, один большой предсмертный рывок, метров 5–10, не больше. Секач прекрасный: верная сотка или более, крупный, сильный зверь.

Попадание «по месту»: в шею у основания черепа, 18-граммовой «полуоболочкой». Не подвели ни карабин, ни глаз, ни руки.
И очень кстати на этой охоте на потравах звучит традиционное: «С полем!»
shutterstock_228301357.jpg
Настоящее счастье
Я доволен и умиротворен, мой друг деловит: звонит на базу, егерю Алексею в «буханку», раздает ЦУ. Через полчаса приезжает уазик, втроем не без труда грузим секача. Дальше уже дело техники: на уютной базе будет разделка, баня, разговоры, шкварчащая сковорода с печенкой, запотевшая стопочка и отдых.

А пока мы еще на охоте. Я поднимаю голову к небу, улыбаюсь с благодарностью и смотрю на яркие летние звезды, вдыхаю головокружительный коктейль ароматов июльского поля, леса, пороха, звериного запаха секача, табачного дыма и бензина от верной «буханки» и на секунду вновь понимаю, что такое настоящее счастье!
Вот такая она, эта летняя охота на кабана на потравах! Всем рекомендую!
shutterstock_2145730393.jpg
P. S.
А на базе, за не первой уже стопочкой, мой друг Михаил (со своей всегда хитрой улыбкой) поделился со мной: «А медведя-­то я спугнул, когда от тебя краем леса уходил в начале охоты; он уже на поле был, сиганул от меня в лес» — и подмигнул!

тема номера